Долгое время изобразительное искусство воспринималось исключительно в связке с «литературой» – с тем, что изображено на картинке. В большей или меньшей степени художник повторял, ассоциировал или опирался на реальность. А зачастую изображение и вовсе заменяло литературу – как, например, в росписях христианских храмов, где любой неграмотный человек мог «прочитать» и понять библейские сюжеты. Изображение было неразрывно связано с литературой до появления Жозефа Ньепса и Луи Дагера. Случился первый фотографический снимок.
Возник вопрос: а нужно ли рисовать яблоко и крынку, если их можно просто сфотографировать? Ну ладно, пускай, яблоко можно и не рисовать. А вот «то красивое дерево»? Или «ту красивую девушку»? Ответ очень прост: конечно, нет. Щелкнул – и все увидели.
Тогда появляется следующий вопрос: «А есть ли в изображении что-то помимо литературы?» Конечно, есть. Это чудо, которое рождается от взаимоотношений пятен, линий, цвета и света. Это чудо – живопись. А значит, уже не обязательно рисовать «как там» – самое распространённое определение у студентов худвузов. Не обязательно рисовать «похоже», или «как бывает», или «там точно так было». Живопись освободилась от задачи воспроизводить реальность – эту задачу забрала на себя фотография.
Теперь художник может полностью сосредоточиться на выразительности, а не изобразительности, то есть, с помощью пятен и линий показать, что его удивило и тронуло. Передать свои чувства, а не рассказ о том, кто куда пошёл и что делал.
Конечно, во все времена были художники, чья живопись безусловно литературна, и тем не менее мы ею восхищаемся. Нам не так важно, кто именно изображён на полотне Рембрандта или кто живёт в интерьерах Вермеера – нам важно то живописное состояние, которое мы видим.
И поэтому важно понимать, что мы смотрим – и зачем. Хотим ли мы решать логические задачки, которые подкидывает нам художник, или хотим почувствовать то, что он нам передаёт. Живопись надо смотреть, как музыку – сердцем. То есть – сердцевиной груди. А литературу мы оцениваем головой. Если во время просмотра работает голова – это литература, пусть и нарисованная. А если трепет в груди – это живопись.
И абсолютно не важно, что изображает художник. Любой сюжет может быть решён как литературно, так и живописно. Важно, как мыслит художник: цветом и пятном – или сюжетом и рассказом.
Есть важный показатель того, что картинка литературна: если её можно пересказать, и, по большому счёту, слушатель ничего не потеряет, даже не увидев её вживую. Например: «картина, на которой изображена комната, погруженная в зеленую тень, и из окна в комнату проникает белый свет». Если не видеть картину, совсем не ясно, как это изображено. Но может быть и пример попроще: «юноша в синей шляпе и жёлтом пиджаке». Литературная часть понятна и очевидна, но о сути картины – живописи – ничего не сказано. Самое важное на картине – не юноша, а как он написан. Его образ.
Бывает, что кроме литературы ничего нет: художнику интересно лишь в большей или меньшей степени повторить реальность. И тогда остаётся восхищаться сюжетом или мастерством художника, который сумел на плоскости изобразить трехмерный мир.
И вот когда, более или менее, понятно, в чём разница между живописью и «литературой» на картинке, я обращусь к иконе – жанру, в котором я в основном работаю.
Икона всегда литературна, потому что человеку важно видеть и узнавать того, к кому он обращается. И если в любом другом жанре человека можно изобразить как угодно – вплоть до треугольников и кружочков, – то в иконе это невозможно. Икона требует диалога. А значит, условность изображения предметов и персонажей имеет определенную границу.
Но над тем, что находится внутри этой границы, художник имеет полную власть. Точно так же икона может трогать зрителя своими цветовыми сгустками, тоном, изящными линиями – и быть полноценным художественным произведением, а не просто иллюстрацией сюжета.
К сожалению, если до живописи разных жанров это понимание уже дошло, то до современной иконы – пока нет. Но мне хочется верить…
ST.ART на каждый день: внеочередные материалы и заметки из сферы культуры — в телеграм канале журнала.
