Художники, выбравшие в качестве медиума жест, не всегда спешили “порвать” с классическим холстом или любой другой плоской поверхностью, “принимающей” автора.
Основоположник “живописи действия” (action painting) американец Джексон Поллок во время создания работ буквально танцевал между холстами, разбрызгивая на них краску. Метод Виллема де Кунинга часто описывают как “атаку” на холст, настолько экспрессивной была манера обращения художника с краской.
Японец Кадзуо Сирага из радикального арт-объединения Гутай (Gutai) превращал живопись в ритуальное представление перед публикой: художник наносил краску на холст босыми ногами, будучи подвешенным за голову к потолку.
Наконец, одна из самых известных представительниц перформанса Марина Абрамович вместо холста использовала собственное тело.
Вообще сама мысль о том, что физический процесс создания “картины” важнее, чем то, что мы увидим в финале, становится популярной в 1960-е годы с подачи художников-концептуалистов. Они утверждали, что “материализация” искусства вторична, в отличие от идеи, заложенной в работе.
Молодая художница Мария Вернер уверенно наследует этой традиции, выбирая живопись как способ прожить и пережить утрату.
Создание работы “После” демонстрирует популярную психологическую модель “пяти стадий принятия”: отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие.
Каждая стадия обозначается художницей как жест или действие, например, нанесение краски на холст с помощью вдавливания в поверхность. За эмоции отвечают немногочисленные, но крайне выразительные цвета: бескомпромиссный черный и сложный пурпурный, ассоциирующийся с кровью и, наконец, белый – часть холста остается как бы нетронутой. В финале Мария рвет холст, символически показывая: человек доходит до точки, в которой смерть становится фактом, а не раной. Это и есть та граница, за которой наступает принятие.
Мы видим, как холст становится соучастником процесса, его непосредственным актором, возможно, даже собеседником, утрачивая свою привычную утилитарную функцию.
Отдельной важной частью перформанса является прочитанное вслух стихотворение, написанное самой художницей. В нем описывается ее эмоциональная боль и опустошенность от потери, жизнь перестает иметь смысл, а время застывает в той самой “петле”, из которой нет выхода. Поэзия предшествует созданию живописи, обозначая “точку входа”, то состояние, которое необходимо преодолеть.
Безусловно, живописный метод Марии Вернер можно определить как “живопись состояния”: эмоциональное обращение с цветом и следование внутренним порывам, которые фактически криком “рвутся” заполнить белую пустоту холста.
Критик Гарольд Розенберг в своем эссе, ставшим неофициальным манифестом абстрактного экспрессионизма, называет холст “ареной для действия”. Для современного художника подобное определение не теряет актуальности и является еще одним способом проживания самых разных этапов жизни и состояний. Перформанс, который разворачивает перед нами Мария Вернер – это то пространство, где ценятся намерение, искренность и уязвимость.
Текст – Люся Янгирова
Люся Янгирова — искусствовед и арт-критик, автор публикаций в журнале «Третьяковская галерея» и на образовательной платформе «Лаврус» Государственной Третьяковской галереи. Эти издания объединяют ведущих музейных специалистов, искусствоведов и признанных исследователей искусства. Работы Янгировой посвящены анализу современного искусства, его культурного контекста и взаимосвязи художественных практик с общественными процессами.
